Коллекции

Купил - нашел. Продал - потерял

Выбор из двух подходов «искусство ради искусства» или «искусство как инвестиционный актив» разделяет инвесторов и коллекционеров на два лагеря, но грань настолько тонка, что не поддаться искушению заработать на том, что растет, будучи ценителем прекрасного, или оставаться равнодушным к предметам искусства, инвестируя в них, удается не всем. Таким образом, традиционно на аукционных полях сражаются и те и другие. Уже с начала текущего года побито два аукционных рекорда – сперва «Мальчик с трубкой» Пабло Пикассо ($104,17 млн) уступил «Идущему человеку I» Альберто Джакометти ($104,3 млн), а спустя лишь три месяца арт-рынок потряс новый мировой рекорд – «Обнаженная на фоне бюста и зеленых листьев» Пабло Пикассо была продана на Нью-йоркских торгах Christie's за $106,5 млн. С момента последней продажи в 1951 году цена этой картины выросла более чем в 5000 раз.

Инвестиционная привлекательность предметов искусства состоит в том, что они неизменно показывают высокие доходности на длинном горизонте. После Второй мировой войны цены на полотна и скульптуры выросли невероятно. Однако в периоды экономических кризисов наблюдаются очень глубокие спады, при этом инвестиции в предметы искусства оцениваются экспертами как высокорискованные. Риски снижаются лишь при покупке произведений из высшего сегмента с безупречным провенансом, а на высокие результаты аукционов могут рассчитывать лишь уникальные произведения из самых удачных творческих периодов авторов. Рост остальных произведений искусства, по оценкам экспертов, составляет 12-15% в год.

В арсенале инвесторов появляются и новые инструменты - в декабре 2009 года Минюст зарегистрировал приказ Федеральной службы по финансовым рынкам, в соответствии с которым произведения искусства, в частности, картины, рисунки, скульптуры, гравюры, почтовые марки, старинные книги и монеты, признаются финансовым инструментом и объектом инвестиций, и могут составлять наполнение инвестиционных и иных фондов наравне с недвижимостью и ценными бумагами. Нововведение откроет, по мнению Станислава Бродского, управляющего директора УК «Велес Менеджмент», ряд возможностей как для инвесторов, так и для коллекционеров: «Этот инструмент позволит объединить в единую коллекцию произведения, принадлежащие разным собственникам, и, как следствие, повысит стоимость такого собрания. Во-вторых, этот инструмент позволяет не раскрывать имен собственников, если они того не желают. И, в-третьих, в фондах применяется отсрочка налога на прибыль, и при внесении в фонд недооцененных предметов искусства, которые будут расти в дальнейшем, например, произведений современных авторов, можно таким образом увеличить доходность вложений».

Однако ФСФР накладывает и ряд требований в отношении деятельности фондов и предметов, помещенных в них. Помимо заключения о художественной ценности, обязательного страхования и нахождения предметов на территории Российской Федерации, ограничения касаются и информационной открытости: «Так как фонды художественных ценностей являются фондами для квалифицированных инвесторов, регулятор накладывает ограничение на публичное раскрытие информации о них (под этот запрет не попадает разве что раскрытие информации об отдельных активах, но не об их совокупности, т.к. это уже – финансовые показатели фонда). Данное обстоятельство сильно осложняет возможности управляющих по PR-сопровождению деятельности фондов художественных ценностей, без которого сложно представить их существование. Видимо, по этому вопросу требуются дополнительные разъяснения со стороны ФСФР. В любом случае данный инструмент является эксклюзивным и, скорее всего, рассчитан на круг людей, причастных к сфере искусства», - заключает Станислав Бродский.

Продолжение ...

Сентиментальный музей

Известно, что стать художником очень просто. Для этого требуются две бабушки: одна добрая и одна строгая. И та, и другая должны считать вас центром Вселенной. Так, по крайней мере, было со мной, когда я был маленьким. Одну звали Роза, другую Вера. Бабушка Роза была просто чистой Любовью без воспитательных примесей. Я был совершенно свободен во всех творческих порывах. Однажды я отломал хвост своему большому коню. Кормить его через образовавшееся сзади отверстие было намного интереснее, чем скакать на одном месте. Через неделю, когда конь поглотил значительную часть столового серебра, множество мелких домашних предметов и два десятка выдаваемых мне на полдник бутербродов с колбасой, он стал вонять. Плохо пахло из правильного места. Я не просто был в восторге, я почти верил, что конь оживает. Настал день, когда все обнаружилось. Коня вскрывали огромным ножом, меня держали пять тетушек-добровольцев из нашей коммуналки, крик достигал Кудринской площади, и только одна бабушка Роза была на моей стороне, искренне полагая, что нарушаются права человека, и времени на пустые слова не тратя, уже пекла ореховый штрудель мне в утешение. Да много чего еще было. Ни бабушки, ни ее любви не стало, когда мне было 10 лет. Но я хорошо помню душистые пирожки с картошкой и луком, которые по воскресеньям, как утреннее чудо, приносились ко мне в кровать со словами такими нежными и горячими, что…. Это поселяется в тебе навсегда, и потом, сколько бы ни ударялся головой, мир уже никогда не покажется безнадежно плохим. Другую бабушку звали Вера. Тут уже все было строго, без пирожков, а однажды я даже получил веником по лицу, но зато были Интрига и Тайна. Был какой-то влюбленный кадет, фильдеперсовые чулки, китайский веер, драгоценные перстни, спрятанные в походном аптечном ящичке в баночках с вазелином, девичьи альбомы, старые письма, загадочная, приносящая несчастья аметистовая брошь, морской кортик, стихи «…Петроградское небо мутилось дождем, на войну уходил эшелон…», редкой работы китайская статуэтка из белого бисквита с корзинкой цветов в одной руке и с отколотыми пальчиками (это не я!) на второй, бронзовая вазочка со звуковым секретом и сильно истертый во время переездов лионский гобелен: Версальский парк, две игривые мадемуазели с сачком и два кавалера с лицами заговорщиков за кустом сирени. Была и ссылка в Томск, где все, что я теперь, естественно, не могу перечислить, обменялось на дрова, муку и мыло. Да, был еще переживший ссылку веер - вещь культовая в романтическом веке - расписанный (так считалось) самим Ватто. Лет в пять я уже любил наблюдать, как моя еще молодая бабушка обмахивалась им: элегантно, скромно и кокетливо. Бабушка Вера (мой двоюродный брат так и звал ее «баба Веер») прожила сто лет, и ровно пятьдесят из этих ста я наслаждался ее рассказами, знал их дословно и добросовестно вступался за историческую правду, когда память бабушке изменяла. Это был мир, в котором жили стертые с лица земли и совершенно неуместные теперь человеческие типы. Они разговаривали на каком-то «древнерусском», употребляли словесные па, которые сложно повторить, и не умели обходиться без таких совершенно ненужных вещиц, как букетница (Porte-bouquet)....

Какое же все это имеет отношение к Уроку рисования? Нас всех когда-то учили «изображать» карандашами и красками. Я тоже очень старался, но мне этот процесс не нравился. Что-то подсказывало - жизнь гораздо богаче и она рисует всем, чем только возможно: людьми, обстоятельствами, судьбами, предметами и их необычными сочетаниями. Детская интуиция не обманывала. Взрослея, созерцая сложность мира, я понимал невозможность передать художественным образом то, что мы называем словом «история». И, наверное, именно поэтому так любил старые вещи, чувствовал их одушевленность и прожитую жизнь за каждой из них: со своей тайной, любовью и умиранием.

Продолжение ...

Ароматное собрание

И./ Кто зародил в вас интерес к сигарам?

К сигарам меня приобщили кубинцы в 1970-х годах, когда я жил на Кубе. Первую сигару я выкурил там. Старая Гавана полна ароматов сигар, красивых людей и удивительных пейзажей. Это фантастическая атмосфера, и я открывал ее для себя. Там было много действующих сигарных фабрик, и я посещал их, знакомился с производством сигар, видел рабочих, которые вручную скручивают сигары, - эти впечатления остались на всю жизнь. Именно там я заметил яркие интересные картинки – сигарные банты и висты – этикетки для сигарных коробок. Некоторые представляли собой поистине произведения искусства – украшенные золотом, фольгой, тиснением. И я заразился – выучил испанский язык, ходил по фабрикам, говорил, что представляю великую страну, интересуюсь производством. Мне дарили банты, и за два года я собрал порядка 500 экземпляров. Многие из них уникальны в своем роде.

И./ Какую информацию несут на себе банты, и какова зависимость между изображением на банте и его ценностью?


В тот период почти не существовало заурядных бантов. Каждый являл собой предмет тонкой работы художника и технического мастерства. Изображение всего нового, что происходило в мире, сразу же попадало на банты и висты. И так же быстро исчезало – вместе с потерей интереса к предмету. Сюжеты были самые разнообразные - изображения королевских династий, политических деятелей, листьев табака, гербов. На вистах изображались портреты важных персон того времени, боги, животные, плантации, этапы производства сигар и многое другое.

Продолжение ...

Спасти эпоху

И./ Вы охотитесь только за уникальными экземплярами?

Только за уникальными, да. Которые в единичных экземплярах сохранились. Хотя у меня много и не уникальных, просто ценных автомобилей. Решение о покупке принимается в режиме онлайн. Это жизнь. Здесь не получается жить медленно или последовательно. Вот тоже в единственном экземпляре - самосвал на базе полуторки. Это грузовик-самосвал. Представляете, что такое самосвал? С кузовом, который поднимается. Это военная полуторка.

И./ Сколько у вас автомобилей?

Нескромно сказать, наверное, но я не считал ни разу. Несколько десятков.

И./ Когда началось ваше увлечение?

Когда я начал понимать, что могу себе это позволить. Думал об этом я, наверное, всегда. Постепенно это стало частью моей жизни.

И./ Какой был ваш первый автомобиль?

"ГАЗ-51", грузовик. Он мне нравился с детства. Я думал, что когда вырасту, у меня обязательно будет такой грузовик. Мне кажется, это один из самых эстетичных грузовиков в мире.

И./ Вы восстанавливаете машины до заводского состояния?

Конечно. Все машины полностью восстановленные, работают все узлы и агрегаты. Когда я покупаю машину, зачастую 90 % деталей в ней уже не оригинальные. Поэтому все разбирается, подбираются годные детали с образцов аналогичной модели или восстанавливаются по чертежам.

И./ Где вы находите автомобили?

Люди предлагают, находим на свалках, в местах боев. Цивилизованного рынка нет. Иногда мне звонят из регионов, говорят, что есть такая-то деталь. Пока выясняем, едем, находим, оказывается, что ее уже на металлолом сдали. Я жизнь за нее готов отдать, а они ее - на металлолом. Или на свалке лежит никому ненужный автомобиль, но, видя интерес, за него требуют невообразимую цену.

И./ Как много еще осталось советских раритетов?

В СССР где-то до 40-х годов машин в частном пользовании практически не было, ни легковых, ни грузовых. Их давали заслуженным людям: физикам, писателям, поэтам. Но практики не было, купить было нельзя. При этом культуры сохранения автомобилей тоже не было. Ряд моделей просто не сохранились. Люди даже не знают о существовании некоторых. В продаже машины появились только после войны. Одна из первых - "Москвич 401", потом была "Победа". Но они тоже не береглись, утилизировались. После Великой Отечественной войны не проводилось мероприятий по очистке территорий, где проходили военные действия, они до сих пор завалены остатками оружия, бронетехники, автомобилей. Целые армии выходили из окружения болотами и теряли, насколько мне известно, до 70-80, а то и 90 % техники - по пути она ломалась, бросалась, тонула и в труднопроходимых местах до сих пор находится. Мы проводим поисковые экспедиции, пытаемся найти остатки техники. Ряд уникальных образцов: самосвал, "ЗИС-33", "ЗИС-42" - найдены в местах боевых действий. Два «Сталинца» мы вынули именно в зонах отступлений. И большое количество автомобилей, редких и уникальных, будет еще найдено. Рынок небольшой с точки зрения такой большой страны. Я знаю не много людей, увлекающихся советскими раритетами. Только три-четыре года назад появился интерес. Реставрацией тоже занимается не много людей, и совсем немногие занимаются ей профессионально - знают процессы реставрации, понимают комплектность старинных автомобилей.

И./ А для вас это бизнес, меценатство, хобби?

Это хобби. По моим наблюдениям, для того чтобы вписаться в цену и хоть какую-то маржу получить, нужно допустить отклонение в профессионализме и в качестве реставрации. Реставрация - очень дорогое занятие. Советских автомобилей это касается в первую очередь. Восстановление советского автомобиля или немецкого, который более дорогой и модный, сопоставимо по затратам. А возможно, советский автомобиль обойдется дороже. Несмотря на это цена его низкая как до, так и после реставрации.

И./ Чем вызван ваш интерес именно к советской технике?

Я здесь родился, здесь живу. Мне нравятся эти автомобили. Мне нравится то, что я делаю, как я это делаю, я горжусь результатом своей работы, я понимаю, что это лучшая реставрация. И я надеюсь открыть музей советской раритетной техники.

И./ Это будет музей одной коллекции?

Я рассматриваю разные варианты. Принятой стратегии нет. Пока я просто делаю автомобили и получаю удовольствие от результата. Вот сделали машину, порадовался - поставил ее в сарай, стоит.

И./ Возможен ли рост стоимости уникальных автомобилей, оставшихся в единственном экземпляре?

Советские автомобили никогда не будут стоить дороже мировых образцов - немецких, американских, итальянских. Их цена не растет. Увы, не бывает вечного роста цены на автомобиль. И покупателей нет. Либо стоимость автомобиля с учетом затрат на восстановление оказывается невероятно высока - настолько высока, что за эти деньги можно купить практически любой роскошный автомобиль, либо он существует в единственном экземпляре, и его рыночная цена поэтому непонятна. Я даже не всегда могу показать автомобиль, собранный из запчастей, выставив его в музее, который меня об этом просит, потому что я не могу оформить собственные права на него. Это несовершенство современного законодательства.

И./ Есть ли в вашей коллекции экземпляры с историей, ваша гордость?

У меня есть "ГАЗ-61", внедорожник маршала Конева. Насколько мне известно, это единственный сохранившийся экземпляр данной модели. Но по большому счету меня интересуют сами автомобили, их конструктивные особенности, а не их история. Гордость коллекции очень сложно выделить. Гордость – это то, что закончено.

И./ Советские автомобили какого периода представляют особый коллекционный интерес?


Интересны 30-е годы и послевоенные. Но у меня есть и более молодые машины – 1960-70-х годов, они тоже красивые, зрелищные.

И./ Вы не участвуете в исторических реконструкциях?

Пока нет, но планирую. У меня есть образцы военной техники: полуторка, "ЗИС-33", "ЗИС-32", тот же "ГАЗ-61", демилитаризованные пулеметы времен Великой Отечественной войны. Сейчас я восстанавливаю несколько танков. Надеюсь доделать тягач «Комсомолец». И планирую начать реставрацию самолета "ПО-2", который был на вооружении полка "Ночные ведьмы", хочу восстановить его до летного состояния.

И./ А как вы относитесь к популярным нынче ралли и автопробегам?

Я принимал участие в нескольких заездах, и мне понравилось. Сейчас я реставрирую машину специально для таких мероприятий – "Wanderer 25 К", это очень красивый и редкий автомобиль. Wanderer входил в немецкий довоенный автомобильный союз "Четыре кольца" наряду с Audi, DKW и Horch. Сейчас как самого союза, так и этой марки уже не существует. Что касается большей части моей коллекции - с ней нельзя участвовать в ралли, и она мало интересна обывателям – недостаточно зрелищна. Мои машины замечаются специалистами – историками, реставраторами, коллекционерами. Возможно, эти машины ничего не стоят, но они представляют историческую ценность.

Продолжение ...

История в ручках

И./ Игорь Владимирович, расскажите, как начали коллекционировать.

Меня с детства отец приучал, я брал с него пример: собирал марки, монеты, календарики, лезвия для бритв. Сейчас собираю конверты из отелей, в которых бываю, а я много езжу. При всем том, что есть booking.com, если мне понравился отель, я найду конверт и напишу туда напрямую. Было время, когда я переехал с Крайнего Севера, где проработал более 15 лет, был занят написанием докторской диссертации, преподаванием – наметился перерыв, пропал интерес к коллекционированию. Но, видно, на уровне подсознания что-то сидело, и я решил присмотреться к продукции компании S.T.Dupont, которая каждый год выпускает лимитированные ручки, зажигалки, часы. Меня мучил вопрос – почему сегодня ручка посвящена Махараджи, а завтра – Венеции? Я не видел в этом логики.
Стоит сказать, что я еще и книги собираю, сейчас у меня примерно восемьсот книг. И вдруг в 2006 году я увидел коробочку для ручки в виде книжки – это была Вирджиния Вульф от Montblanc. И здесь, как в пазле, сошлось и желание собирать, и понимание того, что собирать. И сейчас в моей библиотеке на полке стоят печатные книги и книжки-коробки с ручками от Montblanc. Например – Вольтер, Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Кафка или Хемингуэй. Сначала собирал ручки из серии «Писатели», а потом, знаете, затянуло – пошли «Меценаты». Появилась концепция – люди. О роли той или иной исторической личности можно спорить, но то, что она оставила след в истории – бесспорно. Мне не всегда понятно, почему, скажем, в серии «Меценат» присутствует Маркиза де Помпадур, но почему Александр Македонский, Петр I, Екатерина Великая, - вопросов не возникает. «Неодушевленные» ручки не собираю – должна быть заложена идея в выборе того или иного предмета.

И./ Вы начали собирать коллекцию в 2006 году – это полноценных семь лет. Какой подход к пополнению коллекции Вы используете?

В коллекции должно быть все, что выпущено в этой серии.

И./ А как Вы находите предметы для коллекции?

Есть определенные каталоги. Что-то новое или выпущенное три-четыре года назад можно купить в бутиках в Москве или за границей. Когда я близко сошелся с руководством московского и гамбургского бутиков, я смог воспользоваться их общей базой, по которой они делают запросы. Что-то находилось в магазинах Франкфурта или Дюссельдорфа и т.д. Те ручки, которые оказалось невозможно найти таким путем, пришлось искать по коллекционерам. Много ручек оказалось в Сингапуре. Также есть бутики, которые занимаются раритетными ручками любых производителей. Так, однажды еду в командировку в Дрезден, захожу в такой магазин, а там – "Достоевский". А у меня нет какой-то определенной вещи из этого комплекта. Продавец обещает помочь и вскоре звонит: у одного покупателя в сейфе лежат все предметы из "Достоевского" и он даже согласен продать, но не все, а три. Так же в Париже нашел ручку "Вашингтон". В путешествии по Бразилии в Сан-Паулу нашел "Вольтера", правда, коробочка была потертая, но ручки в идеальном состоянии.
В целом, когда находил свободное время, возвращался к этим вопросам, начинал писать, выбирать, смотреть ebay, искать в Сингапуре, у аукционного дома Bonhams. Думаю, что на сегодняшний день по моему направлению коллекционирования это одна из наиболее полных подборок выпусков пишущих инструментов Montblanc.

И./ И сколько это в количественном выражении?

Я даже не могу сказать.

Продолжение ...

Тайны выцветших строк

Игорь Волков родился на Таганке – в старинном московском районе с богатой историей. Практически во дворе его дома в Саринском проезде начиналась территория древнего Новоспасского монастыря – родовой усыпальницы Романовых до того, как они стали царями. Еще при Иване Грозном эта монашеская обитель была превращена в надежную крепость, которая не единожды защищала Москву от нападения татар. При советской власти монастырь чудом не взорвали – помешала война, территория пришла в страшное запустение, но ни разруха, ни превратности истории не смогли погубить красоту и особый дух этого необычного места, которое притягивало местную детвору, и Игоря в том числе, своей таинственностью, легендами о спрятанных кладах и подземными ходами:

- Мы там мальчишками играли в войну, находили много интересного – старинные монеты, камни с непонятными письменами, черепа. Искали библиотеку Ивана Грозного. Все начиналось с невинного детского увлечения, а потом затянуло.

«Все» – это страсть к истории, к распутыванию ее загадочных клубков через старинные предметы – немые свидетельства давних времен: монеты, гравюры, географические карты, книги. Особенно книги. Игорь коллекционирует издания эпохи до Петра I:

- В те времена не было художественной литературы. Все книги носили исключительно религиозный характер. Люди учились по азбуке и по Житиям Святых. Если в Европе уже с XV века – начиная с Гутенберга (Иоганн Гутенберг (ок.1396-1468), немецкий первопечатник. – Прим. ред.) – печатались светские издания, то в России все очень жестко контролировалось церковью.

Мы перелистываем страницы старинной церковной книги 1621 года – это «Триодь цветная» с праздничными богослужениями для дней сразу после Пасхи и до окончания недели Всех Святых. «Это – история, которую можно потрогать», – говорит Игорь Волков с особым теплом в голосе. Непередаваемые тактильные ощущения от прикосновения к бумаге, запах старины, капли воска и елея на листах. Почти четыре столетия эта книга вбирала в себя живые исторические свидетельства, оставленные на полях и между строк.

И./ О чем же могут рассказать эти страницы?

Во-первых, обратите внимание на бумагу – она особенная, с водяными знаками.

И./ Водяные знаки в XVII веке? – я с трудом скрываю удивление.

Да, если посмотреть на просвет, вы увидите изображения – подсвечники, полумесяцы. В России в XVII веке не умели делать такую бумагу. Делали только во Франции и в Голландии. Именно по водяным знакам экспертиза определила, что это французская бумага, которая закупалась специально на определенной фабрике для московского Печатного двора и доставлялась из-за границы.

Листаем дальше: указ о начале печатания – от 20 марта 1620 года, «вышла из дела» – 28 марта 1621 года. Значит, больше года ушло на издание одной тысячи экземпляров – немалого по тем временам тиража, из которого, к слову сказать, на сегодняшний день известно всего около 100 сохранившихся экземпляров. Себестоимость книги составила тогда 1 рубль 18 алтын.

— Один рубль серебром в те времена – это было очень много. К примеру, крестьянин один раз в год, в Юрьев день, мог перейти от одного помещика к другому, но для этого нужно было заплатить хозяину 1 рубль за «пожилое» – долги и пошлину за пользование двором и землей. Так вот набрать рубль было практически невозможно. Максимальный номинал монет, которые ходили в то время, равнялся серебряной копейке. Люди год работали и не могли заработать рубль. Настолько были ценные книги. При себестоимости в один рубль они могли продаваться и по три рубля, и дороже. Только люди из высшего общества могли себе позволить иметь книги. И если владелец умирал, книги зачастую передавались в церковь, чтобы усопшего потом поминали все время, – даже оставляли соответствующие надписи на полях.

Продолжение ...

Открывая художника

И./ Когда музей создается с нуля, он, наверное, наиболее полно воплощает представление основателей о художнике и той атмосфере, которая должна окружать его работы. Каким он будет, каким вы его видите?

Музей мы видим очень современным. Он будет относительно небольшим по площади — 500 кв. м, но очень насыщенным по содержанию, причем экспозиционных метров будет меньше: нужно еще разместить небольшой магазин, библиотеку с кинозалом, кафе. Будем часто менять экспозицию, у музея уже очень приличные фонды этого художника, и не только его, других шестидесятников. Будем активно использовать экраны для того, чтобы показать ту часть коллекции, которой в данный момент нет места в залах. Все будет суперсовременно, очень интересно, и мы рассчитываем с использованием продвинутых технологий привлечь и молодежь. Не только тот круг людей, старой интеллигенции, которые и так знали Зверева, они идут на одно имя, а более молодой срез, который с ним не знаком. Для любого музея, как мне кажется, важно использование актуальных тенденций. Мы успели провести уже две выставки Анатолия Зверева, последняя — «Анатолий Зверев. На пороге нового музея», которая шла в Новом Манеже весь февраль, как раз дала основное понимание, что же будет в музее. На этой выставке были представлены книги, изданные музеем: шесть книг с иллюстрациями Анатолия Зверева. Повести Гоголя, сказки Андерсена, 100 автопортретов — альбом, где представлены отобранные нами, наверное, из тысячи сто лучших автопортретов. Также книга «Зверев. Любовь» об удивительных отношениях между художником и его музой Оксаной Асеевой. И, собственно, каталог самой выставки. Было снято несколько видеофильмов: и о художнике, и о том времени, и о работах, которые мы показывали. Видеоролик об изданных книгах показывался в зале библиотеки, где на столах эти книги лежали. Люди смотрели фильм, потом садились за столики, листали книги, читали, что-то выписывали. Экспозиция была представлена ранними работами, одного периода, с 1957 по 1960 год: и рисунками, и акварелями, и маслом, — всего около 300 работ. Среди них женские портреты, автопортреты, анималистика, абстракции. Посетители проводили на выставке по три-четыре часа — уходили и снова возвращались. Мы хотели бы, чтобы в музей тоже было интересно возвращаться.

И./ Кого вы видите своим зрителем, посетителем, кого хотели бы видеть в своем музее?

Я все время вспоминаю прошедшую выставку в Манеже, это потому, что она дала определенный срез. Люди, которые приходили туда, — удивительная публика. Лица одухотворенные, фильм, например, они смотрели с необыкновенным вниманием. Часто на выставках бывает так: пробежали, посмотрели и стоят, разговаривают. Здесь невозможно было поговорить. Начинали шикать. Народ сконцентрировано погружался в материал, в эту историю, и это было очень здорово. Приходили с детьми, приводили группы студентов. Каждый находил на выставке что-то свое. Были люди пожилые, которые помнят те времена, квартирные выставки, всю эту жизнь 60-х годов. Приходили бизнесмены, которые живут активной деловой жизнью. Было много творческих людей, художников, профессионалов в искусстве — галеристов, аукционистов. Я думаю, что такая публика и будет в музее.

И./ Вы планируете давать возможность познакомиться с фондами музея максимально широкой аудитории через обмен с другими музеями, через передвижные выставки?

Да, безусловно. Музей — это штаб-квартира, а раз или два в год будут проходить масштабные выставки на других пространствах. Мы планируем снимать выставочные залы или договариваться с музеями, в том числе и зарубежными. И делать экспозиции не только Зверева, но и художников его круга. Моя коллекция началась со Зверева, но в ней представлены фактически все шестидесятники, все художники, которые окружали его в тот период. Очень интересно показывать художника в таком аспекте. Мы музей Анатолия Зверева, но мы не будем ограничиваться творчеством Зверева.

И./ На ваш взгляд, его творчество космополитично или локально, привязано к России и к эпохе?

Вы знаете, я считаю Зверева гениальным художником, потому что он как раз абсолютно вне времени и вне пространства. Он не старался показать острое, сиюминутное, текущее. У него вечная красота. Женские лица, тело человека, животные. Или абстрактные работы, красивые цвета, формы. Если не знать, когда созданы эти работы, про них можно было бы, мне кажется, сказать, что они относятся и к началу прошлого века, и, может быть, пройдет еще лет пятьдесят, и будущее поколение тоже будет воспринимать их современными.

И./ Тем не менее во втором русском авангарде имя Зверева не в первом ряду. С чем это связано, по вашему мнению?

Зверев сам себя не причислял ни к каким школам, не входил ни в какие объединения. В этом была его потребность в свободе. Наверное, главное, что ему было нужно, без чего он не мог жить и творить, — это свобода во всем. Он все время жил у кого-то. Не был привязан к одному месту, к вещам. Занимался творчеством, делал, что хотел, рисовал, что хотел. Был в стороне. Он был очень плодовитым художником, по некоторым оценкам существует порядка 30 тысяч его работ, включая рисунки и просто почеркушки. И задача музея — делать отбор. При таком большом объеме работ многие из них проходящие, а их зачастую выставляют и показывают, что это творчество Зверева. Глядя на эти работы, возникает сомнение в том, что
перед вами гениальный художник.

Продолжение ...

Образ жизни - коллекционирование

И./ Как долго вы коллекционируете предметы искусства и сколько работ в вашем собрании?

М.П.: Коллекционировать я начала в начале 2000-х годов. Точное количество работ трудно определить, так как сейчас в силу того, что львиная доля моего времени уходит на ярмарку Cosmoscow, заниматься коллекцией просто некогда.

А. и Е. П.: Первые работы мы купили на выставке в Лондоне в 2004 году, а серьезно коллекционировать начали в 2007 году. Я думаю, что подсчитать количество работ будет сложно даже кураторам, которые
нас ведут. Основная часть находится в специализированных международных хранилищах, но что-то есть и в Москве.

И./ Когда вы впервые покупали произведение искусства, вы уже знали, что это будет начало коллекции?

А. и Е. П.: Самые первые работы мы купили около 10 лет назад. На тот момент у нас и мысли не могло возникнуть, что невинное увлечение перерастет в настоящую страсть. В то время как другие едут, например, в Милан на шопинг, мы идем на открытие выставки или ужин с художником. Наш календарь буквально расписан поездками на ярмарки и другие арт-мероприятия.

М. П.: О коллекционировании я тогда не задумывалась. Передо мной в первую очередь стоял вопрос «что повесить на стену». В коллекционирование это переросло позже.

И./ Как вы относитесь сейчас к первым из приобретенных работ?

М. П.: Покупая работы для своей коллекции, я обращалась в галереи и советовалась с кураторами. Недавно пересматривала свои первые приобретения и могу смело сказать, что ни о чем не жалею, несмотря на то, что мой вкус с тех пор изменился.
А. и Е. П.: К первым работам относимся с трепетом. Это своего рода точка отсчета и приятное напоминание о том, с чего все начиналось.

Продолжение ...

Топ-менеджеры покупают Tesla для развлечения, но потом ездят на них ежедневно

И./ Сейчас в России официально продается только одна модель электрокара — Mitsubishi i-MiEV. Как Вы думаете, это следствие кризиса или показатель того, что россиянам электрокары сегодня не нужны?

На самом деле в России продается больше электрокаров. Помимо i-MiEV это Renault Twizy и Renault Kangoo — они тоже сертифицированы. Насколько я знаю, в продаже должна появиться BMW i3, которую тоже сертифицируют для России. Но получается замкнутый круг: у нас нет хороших таможенных привилегий и отсутствуют зарядные станции, поэтому и нет электромобилей. Законодатели не отменяют таможенные пошлины для машин на электричестве, объясняя это тем, что в России таких машин мало. В таких условиях развиваться мы, конечно, будем, но примерно как Африка, существенно отставая от Европы и Америки.

И./ Когда Вы ожидаете всплеск интереса к электромобилям?

Бум электромобилей во всем мире ожидается начиная с 2018 года. На сегодняшний день электрокары все-таки отстают от аналогов с бензиновыми моторами — по динамике и запасу хода до подзарядки. Но Tesla здесь не в счет — за свои деньги она предлагает лучшие характеристики, чем бензиновые автомобили. Электромобили других брендов проезжают по 100—150 км без подзарядки и зависят от инфраструктуры. Tesla же способна преодолеть 400 км, и если вы живете в городе, то зарядка вам потребуется в среднем раз в два-три дня. Многие бренды уже объявили, что к 2018 году выпустят хорошие электромобили — это и Audi, и BMW, и Porsche. И все они равняются на показатель в 250 км.

И./ Бум электрокаров затронет Россию?

Однозначно сказать не могу. У нас Tesla любят, у марки есть много фанатов, но это премиальный сегмент, поэтому здесь всегда есть нюансы.

И./ Чем в основном занимаются Ваши клиенты? Tesla сейчас стоит как квартира в Москве. Можете нарисовать портрет российского покупателя Tesla?

Это состоявшиеся люди. Топ-менеджеры, бизнесмены, у которых в гараже уже есть несколько автомобилей. Они покупают Tesla скорее для развлечения, но затем рассказывают, что ездят на этих автомобилях каждый день.

И./ Давайте поговорим о Вашем проекте — Tesla Moscow Club, который существует уже три года. Какова динамика продаж? Повлиял ли кризис на финансовые результаты компании?

В 2014 году мы продали 22 автомобиля, в 2015 — 35 машин, а к концу 2016 года рассчитываем продать около 60 машин. С одной стороны, есть проблема, связанная с тем, что таможенные пошлины на электромобили в этом году выросли до 48% от стоимости автомобиля, а в 2014 и 2015 годах можно было платить только НДС. При этом клиентов не стало меньше.

И./ За счет чего выросли продажи?

В первую очередь благодаря выходу новой модели — кроссовера Model X. Если раньше мы предлагали только Model S, то сейчас линейка расширилась, что повлияло на объем продаж.

И./ Вы уже вели переговоры с американским офисом Tesla о присвоении Moscow Tesla Club статуса официального дилера?

Tesla Motors не понимает, что такое дилер. Это компания, которая вышла на рынок с целью продавать автомобили напрямую, минуя дилеров. И ни в одной стране мира Tesla не работает через дилеров. У них есть свои шоу-румы, как, например, у Apple. Что интересно, создатель концепции шоу-румов Apple разрабатывал соответствующий проект и для Tesla. Салоны Tesla предельно красивые, удобные и переворачивают полностью понятие о том, как продают автомобили. Вы с менеджером выбираете машину, и через несколько недель вам доставляют автомобиль к дому. Таким образом, вы не покупаете машину со склада.

И./ Недавно Tesla рассказала, что откроет по всей Европе 55 новых зарядных станций, в том числе и в России. Это намек на то, что Tesla собирается официально прийти в Россию?

Конечно, это явный намек. На карте Tesla мы видим шесть зарядных станций, которые появятся в России в конце 2016 или начале 2017 года. Зарядные станции Tesla — это крупные посты на четыре-пять машин. Там вы сможете зарядить автомобиль всего за 30 минут. Tesla планирует открыть зарядки на трассах. Я думаю, компания официально придет в Россию к 2018 году.

Продолжение ...

Собрать Кавказ

И./ Иса Абдул-Рашидович, как начался этот путь по поиску утраченных реликвий?

Все началось с написания книги «Чеченское оружие», которая вышла в свет 2001 году. Она стала своего рода входным билетом в мир коллекционеров, визитной карточкой. Ведь коллекционеры — это очень закрытая каста в любой стране. Благодаря книге были установлены контакты со многими музеями, в том числе европейскими, а уже через них — с коллекционерами. Одним из первых было знакомство с Александром Павловичем Бобриковым, потомком эмигрантов, директором музея Лейб-гвардии Его Величества Казачьего полка в Париже. Это богатейший музей во Франции, хранящий уникальные реликвии
участников белого движения и информацию по истории русской эмиграции за рубежом. Когда я начал работать над книгой «Чеченское оружие», мне доводилось бывать в семьях, где старики и прямые потомки знали и помнили старых оружейников. Я записывал все факты, и в результате мне удалось собрать объемную информацию о чеченских мастерах. Конечно, если бы не депортация чеченского народа, мы знали бы больше о мастерах-оружейниках и ювелирах и не было бы утрачено столько уникальных предметов.

Первые упоминания о чеченском оружии идут еще с начала XIX века. О существовании в Чечне хорошо развитого оружейного производства свидетельствовали исследователи Иван Норденстам, Григорий Вертепов, генерал Пассек, активный участник Кавказской войны, погибший в Даргинской экспедиции в 1845 году, и многие другие.

В итоге в дополнение к тому, что удалось ранее сделать в России по сбору информации о чеченском оружии, теперь получилось осуществить более объемно в Европе: изучить не только чеченское, но и кавказское оружие в целом из солидных частных собраний.

Интерес европейских коллекционеров и научной общественности к книге «Чеченское оружие» оказался очень высоким — для нас с Хамзатом открывались частные коллекции, поражавшие своим великолепием. Мы обнаружили такие предметы, которых в России практически не осталось. Европейцы всегда очень ценили и ценят кавказское оружие.

Продолжение ...